Чистый воздух по расчету

Братск рискует не выполнить федеральный эксперимент из-за пробелов в законе. Несмотря на миллиардные вложения промышленности и снижение объемов валовых выбросов, Братск по-прежнему остается городом с «очень высоким» уровнем загрязнения воздуха. Жители жалуются на запахи, а контролирующие органы не могут оперативно определить их источник, поскольку существующая система мониторинга не охватывает все загрязняющие вещества.

Вопрос о том, почему федеральная программа «Чистый воздух» пробуксовывает и будут ли достигнуты целевые показатели к концу 2026 года, стал главной темой заседания постоянной депутатской комиссии по экологии, которое прошло в минувший четверг, 5 марта. В обсуждении приняли участие представители природоохранной прокуратуры, а также ключевых промышленных предприятий города: ООО «Братский завод ферросплавов», ООО «СибТехИнвест», ООО «Байкальская энергетическая компания», филиала АО «Группа «Илим» в городе Братске и АО «РУСАЛ Братск».

Достижения, нарушения и парадоксы закона

С основным докладом о предварительных итогах эксперимента по квотированию выбросов выступил исполняющий обязанности Братского межрайонного природоохранного прокурора Иван Костеев. Он подтвердил, что ситуация с атмосферным воздухом в городе остается тревожной, и обозначил главную причину беспокойства жителей.

— Многие жители города беспокоятся за экологию. Чаще всего вопросы вызывают загрязненность воздуха, особенно веществами, имеющими запах. Согласно государственному докладу о состоянии окружающей среды в Иркутской области в 2020-2024 годах, уровень загрязнения атмосферного воздуха в Братске оценивается как очень высокий, — заявил Иван Костеев.

Он напомнил, что Братск участвует в федеральном проекте «Чистый воздух» на основании закона № 195-ФЗ от 26 июля 2019 года. Для города утвержден комплексный план, который обязывает четыре крупнейших предприятия к концу 2026 года снизить выбросы на 23%. Прокурор привел цифры, демонстрирующие динамику.

— За период реализации комплексного плана совокупные валовые выбросы снизились со 100 тысяч тонн в год до 89 тысяч, то есть примерно на 11,2%. Объем выбросов опасных загрязняющих веществ сократился на 4161,8 тонны — это около 12,8%. У предприятий есть положительная динамика, — отметил докладчик, приведя конкретные примеры: модернизация на «Группе «Илим» (новые электрофильтры с эффективностью 99,9%, улавливающие 300 тонн в год), установка 143 электролизеров и сухой газоочистки на «Русале», ремонт электрофильтров на ТЭЦ и улавливание газов на Братском заводе ферросплавов.

Однако следом Иван Костеев обозначил системные проблемы, выявленные прокуратурой.

— У ряда организаций отсутствовали согласованные планы мероприятий по достижению квот, не были установлены системы автоматического контроля. В частности, в 2022 году мы вносили представление филиалу «Группы Илим» за срыв сроков внедрения систем утилизации газов, — сообщил он. — В настоящее время работа по устранению этих нарушений ведется.

Главный парадокс эксперимента, по словам Ивана Александровича, кроется в законодательстве.

— Федеральный закон не предусматривает прямой административной или уголовной ответственности за невыполнение квот. Прокуратура может вынести представление или подать иск в суд, но специальной репрессивной нормы нет, — констатировал Иван Костеев.

Отдельно он остановился на проблеме самих квот, которые многие предприятия оспаривают в арбитраже.

— Квоты рассчитывались на базе инвентаризации по 2017 году. По мнению некоторых предприятий, при их установлении допущены арифметические ошибки, они считают квоты завышенными и оспаривают их в суде, — пояснил прокурор.

Резюмируя, Иван Костеев призвал усилить контроль со стороны надзорных органов и депутатского корпуса, чтобы минимизировать риски срыва эксперимента.

Финансы и квоты: диалог с промышленностью

После доклада депутаты перешли к вопросам. Депутат Артём Семенков попросил уточнить природу инвестиций, сославшись на цифры, которые ранее обсуждались в публичном пространстве.

— В СМИ фигурирует сумма инвестиций по проекту «Чистый воздух» — 27 миллиардов рублей. Эти инвестиции — собственные средства компаний или компенсации из бюджета и тарифов населения? По Байкальской энергетической компании, в частности: 2,5 миллиарда — откуда они? — поинтересовался депутат.

Иван Костеев признал, что детали финансирования не входят в компетенцию природоохранного прокурорского надзора:

— Инвестиции в рамках комплексного плана — это, как правило, собственные средства предприятий. Прокуратура контролирует исполнение плана и сроки, но в финансово-хозяйственную деятельность компаний мы не вмешиваемся. По Байкальской энергетической компании у меня нет оперативной информации, это лучше уточнить у представителей компании.

Представитель «Байкальской энергетической компании» тут же ответил на вопрос депутата:

— Байкальская энергетическая компания продаёт тепло и электроэнергию населению и промышленным потребителям. Инвестиционная программа складывается в основном из собственных средств, но маржинальность теплоснабжения невысока. Значительная часть из упомянутых 2,5 миллиардов идет на модернизацию электрофильтров. При этом компания оспаривает в арбитраже отдельные квоты, которые считает завышенными.

Представитель ООО «СибТехИнвест» был краток:

— Мы работаем на основании действующей документации. По установленным квотам у нас также идут процедуры оспаривания.

Депутаты попросили представителей предприятий оценить риски срыва программы и обратили внимание на несовершенство системы мониторинга:

— Хотелось бы получить по всем предприятиям процент выполнения мероприятий. И по мониторингу: пять станций дают данные с задержкой и по узкому кругу веществ. Есть ли у нас мобильная лаборатория для оперативного реагирования на запахи?

— В городе расположено пять стационарных постов. Анализ проводится непрерывно, данные поступают с задержкой в один день. Фиксируются приоритетные загрязняющие вещества: формальдегид, бенз(а)пирен, взвешенные частицы. Однако приборы не охватывают все возможные соединения, в том числе некоторые дурнопахнущие газы. Мобильной лаборатории для оперативного определения источников запахов в городе не хватает, — констатировал Гарик Гаспарян, заведующий отделом экологической безопасности, добавив, что расширение перечня веществ требует серьезного обоснования и дополнительных ресурсов.

Галина Быстрова, представитель филиала «Группа Илим», рассказала о технологических сложностях:

— У нас в завершающей стадии мероприятия по сбору низкоконцентрированных газов. По хлорам квоты выполнены, но есть проблема по фторсодержащим соединениям. Срабатывает закон сохранения масс: снижая сбросы в воду, мы можем влиять на объем выбросов в воздух. Нужна системная переработка технологических потоков, — пояснила она, добавив, что не все квоты достижимы без учета этих особенностей.

Гарик Гаспарян уточнил правовой аспект:

— Федеральный закон предписал брать базу по 2017 году. Росприроднадзор математически рассчитывает квоты, снижая их на 20-23%. Если в расчете ошибка, предприятия имеют право обжаловать ее в суде. Это общероссийская практика.

Александр Гавриленко, директор по экологии АО «Русал Братск», отчитался о перевыполнении плана:

— По итогам 2025 года общий валовый объем выбросов у нас снизился на 21% относительно базы. Но есть проблема с точкой мониторинга №14 в поселке Чекановский. Поселок расселен, мы потратили 1,2 миллиарда рублей на переселение жителей, но норматив для этой точки сохраняется как для населенного пункта. Достичь его мы не можем, письма остаются без ответа.

Поиск объективных данных

Депутат Артем Семенков обозначил парадоксальную ситуацию: предприятия модернизируют производства, но спорят с квотами в судах, а жители не видят реальных улучшений, так как мониторинг не дает детализации по районам и дурнопахнущим веществам.

Иван Костеев вновь подчеркнул позицию надзорного ведомства:

— Прокуратура оценивает не только достижение формальных квот, но и суммарное снижение валовых выбросов. Оно есть. Но пока квоты установлены, мы обязаны требовать их соблюдения в рамках действующего законодательства, даже если оно несовершенно. Отсутствие жестких санкций — вопрос к законодателю.

В ответ на это председатель комиссии Сергей Гришин предложил подготовить запрос:

— Предлагаю подготовить совместный с администрацией города запрос в Росприроднадзор и Минприроды Иркутской области по следующим пунктам: перечень установленных квот для каждого предприятия и их текущее исполнение; методика расчета квот и позиция ведомства по заявлениям об арифметических ошибках; перечень веществ, которые мониторятся стационарными постами, и информация о наличии мобильных лабораторий; наличие у предприятий согласованных планов мероприятий и систем автоматического контроля выбросов.

Предложение было поддержано депутатами единогласно.

Завершилось заседание утверждением плана работы на II квартал 2026 года, в рамках которого комиссия детально разберет природоохранную деятельность Братского завода ферросплавов, БЭК и «Русала», а также проведет выездное совещание на предприятии «Братскхимсинтез».